-
2019-02-22 07:41:52+00:00
В послании Путин говорил то, что, как объяснили ему аналитики, опирающиеся на опросы, хотят услышать люди. А потом встретился с представителями печатных СМИ и информагентств (ну, это как будто бы у нас сейчас 1950е гг.) и там уже оттянулся - поговорил о том, что ему интересно и о чем бы он и хотел поговорить на послании, если б не дурацкие запросы "населения".
На встрече (в опубликованном Кремлем фрагменте) - две темы: эти самые супер-вооружения, которые предполагается размещать на воде вблизи от берегов США и создание автономного интернета. Это не просто - довесок к посланию, вынутый из текста, чтобы соблюсти баланс в пользу "социальных тем". Это то, о чем реально Путин хотел говорить (подлтеное время, адекватный ответ на угрозы и проч.). Это и есть два реальных приоритета, на которые собираются деньги в "кубышку". Два первоочередных нацпроекта.
Во фрагменте со встречи с редакторами итнересен пассаж про Карибский кризис. Путин говорит про него в отрицательном смысле (мол, сейчас нет никаких оснований для такого кризиса), но сразу понятно, что в положительном. Как я уже говорил (ссылку на эфир с Алексей Нарышкин не ставил, на всякий случай здесь - в первом комменте), отсылка к 1950-м гг. - "золотому веку" советской системы - принципиальная в послании, такая идеальная рамка и ключ к пониманию нарисованной в нем картине будущего суверенного "прорыва" в технологиях и экономике. Мысль Путина состоит в том, что запуск спутника - это начало эры баллистических ракет. Тема спутника хороша тем, что является военным посланием Вашингтону и тем, кто понимает, и мирным посланием в глазах непосвященных (выход СССР на технологический фронтьер в освоении космоса).
Карибский кризис также отсылает к советскому "золотому веку". Более того, корни Карибского кризиса, как мы помним, - это размещение американских ракет средней дальности в Турции в 1961 г., что сократило подлетное время до Москвы для американских средств доставки. Москва придумала на него асимметричный ответ - размещение ракет на Кубе. На встрече с редакторами в свою очередь обсуждается ответ на размещение американского оружия в Грузии и Украине, подлетное время и асимметричный ответ Кремля в виде морских установок с супер-комплексами.
Сложив произнесенный текст и фрагмент, вынесенный на встречу с "редакторами", мы можем увидеть путинское послание в авторском, так сказать, первоначальном и полном варианте, и понять, что тема военного противостояния с США является в нем центральной. А центральная часть произнесенного послания про развитие экономики на основе технологического рывка становится как бы приложением к военно-стратегическому приоритету. Внутренняя политика также понимается как продолжение военной: Путин объясняет предстоящее отключение рунета тем, что интернет придумали американцы для того, чтобы собирать "оборонную информацию". Это такая рамка легитимности "холодной войны": вышел в неуверенный интернет - оказал пособничество врагу, помог ему собрать оборонную информацию.
В общем, это совсем другое послание, нежели то, которое можно услышать из его сокращенной, проданной части. И тема возможного ядерного кризиса вшита в него довольно плотно, в самую его сердцевину.
-
2019-02-15 10:48:25+00:00
Все как-то зря ругают Суркова, сердятся на него. В результате, дискуссия вообще пошла по ложной дороге.
Текст Суркова это не мысли Суркова и не текст, написанный для "единственного читателя", вовсе нет. Текст Суркова это достаточно тщательная и полноценная попытка реконструкции того, что есть в голове даже не столько Путина, может быть, а скорее "путинской группы". И что, в реальности, определяет их подходы к внешней и внутренней политике в последние годы. Тут на Суркова сердиться не за что.
И что же это такое? Прежде всего это такое анти-либеральное миссионерство. И действительно, российское государство в руках этих людей превратилось сегодня в своего рода корпорацию "Анти-либеральная миссия". Оно инвестирует в проблемные точки западного миропорядка, радуется кризисам этого порядка (Трамп, Брекзит), стремится вклиниться в линии потенциальных расколов и дестабилизации (Греция, Балканы, европейский национализм). Вдохновение лидеров корпорации подпитывается даже не столько их собственными ресурсами (которые очень незначительны), сколько ощущением, что ветер истории дует в их паруса.
20 век, как известно, породил две последовательно анти-либеральные (последовательно враждебные либерализму) доктрины: коммунистическую и фашисткую/национал-социалистическую. С первой реконструкция Суркова не имеет ничего общего, она принципиально анти-эгалитаристская. Со второй - немало общего, как многие заметили. Это представление о прочной связи нации и государства, где государство мыслится как преимущественно государство фюрера, воплощающего в себе единство воли двух этих сущностей. Эта близость, в общем, типологическая. Долго обсуждать это не хочется. Но есть два обстоятельства или соображения, которые пердложенная реконструкция игнорирует. И более того: потребность в их игнорировании, исключении, так сказать, и есть, возможно, важнейший стимул к тому, чтобы сделать реконструкцию публичной, распропагандировать.
Первое относится к основной внутриполитической конструкции. "В новой системе все институты подчинены основной задаче – доверительному общению и взаимодействию верховного правителя с гражданами", пишет Сурков. Действительно, в основе нового персоналистского авторитаризма лежит сочетание двух институций - репрессивного аппарата, подавляющего оппозицию и внутри-элитные альтернативы, и способности лидера коммуницировать с гражданами поверх голов элит и институтов. И это важнейший элемент путинизма, да. Который, однако, в последние год - полтора оказался подвержен некоторой эррозии. Как показывает социология, все последние эпизоды общения Путина с гражданами были не слишком удачными и не такими эффективными, как прежде. В этом смысле основная тяжесть задачи поддержания статус-кво в последнее время все более смещается в сторону репрессивного аппарате.
Второе обстоятельства связано с тем, что, хотя конфликтные зоны западного порядка в этой картине мира определены относительно адекватно, она все равно выглядит крайне провинциально, потому что игнорирует экономические аспекты нового анти-либерального похода. Как и тот простой и очевидный факт, что лидером этого похода является вовсе не Россия, а Китай. Как только мы вспомним про это и поймем, что экономика и есть главное геополитическое оружие 21 века, место России в этом походе предстает нам как крайне незавидное. Мы не знаем, каким мир выйдет из нового соперничества Запада с (китайским, на этот раз) не-либеральным порядком, но то, что место России, жертвующей во имя анти-либерального миссионерства экономическим развитием, будет в нем глубоко периферийным, вполне очевидно.