-
2021-12-31 16:28:26+00:00
Публика Просвирнина очень кичится тем, что «Егор сделал национализм привлекательным», «он правильно его подал», «перезапустил русскую идею» — славословия в адрес его пиар-гения я встречаю практически в каждом некрологе. Но никто не может объяснить, а что же собственно было создано, подано и «пропиарено» в этой красивой обертке? И вот уже в процессе написания данных заметок, в попытке понять этот типаж, меня и осенило, что «сипайский национализм» — это просто-напросто перезапущенный угар-патриотический монархизм 90-х, заточенный под новое поколение без капусты в бороде и православных икон. А так ведь все атрибуты на месте — безапелляционное возвеличивание дореволюционной России, реваншизм, имперскость (в худшем смысле этого слова), фанатичный, все время нахваливающий самого себя на ровном месте, русизм («мы – русские, какой восторг», «лучшие русские люди» и все в таком духе), вождизм, невежество, пьянство. Из отличий разве что отсутствие веры религиозной и веры в мировые заговоры.
И разве не похожа фигура Просвирнина на того же Д.Д. Васильева — создателя «Памяти», от которой в свое время тоже «разрослись» многочисленные русские националистические организации, копирующие идеологию и стиль "материнской компании"? Как помню, в воспоминаниях разного рода деятелей о Васильеве, в главную (и чуть ли не единственную) заслугу ему ставилось то, что "все мы вышли из Памяти".
Что же, теперь эстафета подобных воспоминаний передается новому поколению национал-патриотовщины — на горизонте видно немало тех, кто с гордостью заявляет о том, какое влияние на них оказал "Спутник и Погром". Правда итог всей этой мегаломанской философии "русских людей обижают", "мы русские с нами Бог и Николай II" известен на примере тех же ура-патриотов 90-х — это тупиковая ветвь развития.
Все новое — хорошо забытое старое.
-
2021-12-31 16:28:05+00:00
Но так вот, о чем это я. То, что я здесь пишу-пописываю, по моему мнению, абсолютно противоречит всем тем идеологическим рамкам и особенно тому пафосно-бездарному стилю (можно даже употребить слово «дискурс»), что изливал в массы Просвирнин. По-моему, в матрице «СиПа» и его фанатов я скорее нахожусь где-то в списке «врагов» нежели «друзей», будучи абсолютно чужд их слепому и ложному возвеличиванию тех или иных элементов прошлого, истории России и русского народа, причем зачастую абсолютно парадоксального (см. скрины выше — это же клиника на ровном месте).
Однако ведь те, кто отписываются, они же зачем-то подписались на мой канал и его читали. А отписаться решили только тогда, когда был оскорблен лично Просвирнин. То есть, по логике подобных людей, писать и говорить можно все, что угодно, смысл особо и не важен, главное — не затрагивать их «священных коров».
Еще не понимаете? Разъясню подробнее — если человек читает то, что я пишу, но отписывается только из-за моего неприятия погибшего голожопого националиста, то это говорит о том, что он вообще на протяжении всего чтения не врубал тот формат мысли, который я здесь выкладываю! Главное, видимо, что тут что-то про русских написано в описании канала (может еще картинка нравится на аватаре?).
И вот тут мы подходим к довольно интересной общей психологической черте фанатов Егора и, в каком-то роде, главной удаче всей его жизни.
При всей своей апелляции к неким европейским либерально-демократическим ценностям, которые сочетались в его голове с монархией, в которой Николай II — это такой прикольный чувак, наподобие персонажа из аниме или манги, Просвирнину удалось взрастить целый тоталитарный непоколебимый культ, заточенный исключительно под его личность. Будучи, в виду гормональной нестабильности, женоподобной истеричкой, то, как у любой истеричной женщины, настроения, заявления, взгляды и прочее у него менялись просто на лету. Человек, если мне не изменяет память, в свое время за 2 недели переобулся от выступления на Громадьске Телебачення в самый разгар майдана до лозунгов о «танках на Киев». И причем я не уверен, что дело здесь было только в возможном сотрудничестве — это вполне себе было в духе почившего.
Помнится, было время, когда Просвирнин запустил проект клубов подписчиков «Спутника и Погрома» — с помпой, как всегда, было объявлено, что "лучшие русские люди будут объединяться", полная демократия на местах для объединения русских людей и прочие лозунги о традициях русского веча. Как только некие «хорошие русские люди» (вроде бы из Ярославля) заявили что-то отличное от генеральной линии партии — они моментально были исключены из списка официальных клубов, объявлены предателями, по всем остальным собраниям пошли смута и раскол, и, помнится, там даже некий «кризисный менеджер» пытался всю эту затею как-то скорректировать в нужное руководству русло. В общем, национальная демократия закончилась очень быстро.
Также быстро как приходили и уходили авторы СиПа, и его отношения с разного рода персонажами. От любви к Гиркину до ненависти не прошло и года, если все правильно помню (ах, какой был мужчина, ну настоящий полковник!). Можно еще вспомнить, с чего человек начинал свою публицистику, — «день русской мести», жесточайшие (психопатичные) тексты про ВОВ, выступая на стороне «плохих ребят». Спустя пару лет человек уже писал о «Русской Победе» на 9 Мая. И это я вспоминаю наиболее масштабные запомнившиеся мне «смены вех» данного персонажа, а ситуативно такие переобувания у него случались буквально на каждом шагу.
То есть, делается нехитрый вывод, сторонники Егория готовы были потреблять все, что угодно, главное, чтобы это подавалось под брендом Просвирнина, было приправлено красивой картинкой, а в наличии имелись такие слова как: «интеллектуальный», «русский», «злой», «имперский», «премиум» или что еще, поданные в величаво-юродивом тоне, свойственном автору и всем его последователям.
-
2021-12-31 16:27:58+00:00
Заметки вокруг Просвирнина (немного хаотичные).
Вот вроде даже маленький некролог писать не хотелось, а все-таки не могу не обойтись без еще парочки комментариев на тему Просвирнина. Разумеется, скорее как о явлении социальном, а не как о личности (тут все понятно).
Вот что-что, а Просвирнину удалось то ли создать, то ли выявить некий антропологический тип русского националиста, который мне до сих пор, спустя столько лет, одновременно понятен и не понятен вообще. Понятен он мне в том плане, что я практически со 100%-ной точностью сразу же могу определить, является тот или иной восхвалитель России и русского народа — «СиПлым» или нет.
Приведу пример. Я знать не знал, кто такой Роман Юнеман и чем он занимается, но как только я увидел одно его промо-видео (там что-то про исход Белых из Крыма было) и фотографии с презентации «Общества Будущее», мне сразу же стало понятно, что передо мной «птенцы гнезда Просвирнина». В чем это так ярко проявляется — я сам до конца не понимаю. Пиджаки а-ля статный вид? Да много кто их носит, да и хорошо это, не в бомбере же выступать. Все причесанные как только что из барбершопа, а иногда даже «прилизанные»? Сойдет, уж лучше чем чуханы под имперским флагом. Слегка разожратые лица, которые они пытаются прикрыть бородкой? Ну да ладно, простим им и это, бывает и хуже. Причем все это применимо и не только конкретно к молодому политику и его окружению, но и к массе других «интеллектуальных националистов» — сиплого я узнаю за версту.
Но есть еще один момент, психологический что ли, который я пытаюсь понять на фоне последних дней.
Стоит упомянуть, что, в связи с высказанным мною отношением касаемо сиганувшего в окно «главреда», сей маленький бложик сейчас столкнулся с максимальным потоком отписок, которые он доселе никогда не видывал (слава Богу! Публику надо фильтровать, а читателя создавать). Не выдержали сердца русских патриотов моих едких слов в адрес апостола "русской идеи", хотя, по сравнению со многими комментариями на иных ресурсах, где их авторы откровенно глумятся над смертью Егора, я, можно сказать, высказался более чем нейтрально.
-
2021-12-29 21:25:34+00:00
Взаимоисключающие параграфы прямо-таки в стиле ушедшего главреда.
-
2021-12-28 18:17:34+00:00
Задание. Прочитайте текст и определите, какой из отрывков принадлежит прокурору из 1920-х годов, а какой прокурору из 2020-х:
Мемориал (иноагент, экстремисты, каннибалы — прим. ред.) создавался как организация по увековечиванию памяти, а сейчас практически полностью сосредоточился на том, чтобы искажать историческую память, в первую очередь о Великой Отечественной войне.
Мемориал реализует образовательные проекты, через них прошли 44 тысячи школьников. О какой пользе можно говорить, если один из членов жюри утверждает, что не любит родину, а патриотизм — это мракобесие?
Мемориал создаёт лживый образ СССР как террористического государства и очерняет память о Великой Отечественной Войне. С 1991 года только Генеральная прокуратура реабилитировала 500 000 человек, а МВД — 3 млн. За последние два года Мемориал ни разу не обратился к нам за реабилитацией.
Мы вынуждены наблюдать за попытками реабилитировать нацистских преступников. Это потому что кто-то за это платит.
Мы не боимся эту истину бросить открыто в глаза всем нашим противникам— что, да, что мы тоже при помощи нашего суда защищаем наше дело. Вопрос идет лишь о том, что мы защищаем. Вопрос идет о том, как мы защищаем. Вопрос идет о том, во имя чего мы защищаем. Что мы защищаем — об этом говорят те миллионы жертв, которые погибли в эпоху подпольной борьбы с царизмом со времен первых организаций рабочего класса. Что мы защищаем — об этом говорят миллионы жертв, которые перенесла Россия, перенесла наша страна в эпоху гражданской войны, когда она одна боролась против вооруженной до зубов Западной Европы.
Поэтому сейчас, когда мы рассматриваем возможные меры в отношении обвиняемых, здесь не может быть никакого сомнения ни на одну минуту, никакой капли колебания относительно того, о какой мере единственно может итти речь. Фашизм, посылающий в нашу страну передовой отряд, должен быть встречен согласованным, стройным огнем наших батарей.
-
2021-12-27 18:09:08+00:00
Не имею желания изгаляться в комментировании смерти Просвирнина, но и пройти мимо такого весомого отхода в мир иной не получается.
С моей личной точки зрения, если взять и поставить в ряд все отрицательные персоналии и явления, которые были и есть в русском национализме, то сложно сказать, кто и что из них будет самым вредным. Но самым мерзким из всех будет именно почивший.
"Мерзость" — именно это проносилось у меня в голове, когда кривая интернетная дорожка выводила меня на последние видео-креативы почившего, где он, смакуя и хохоча, расспрашивал разного рода отмороженных психопатов-садистов о том, как они убивали людей. Он ведь тоже очень хотел делать то же, что и они, но не судьба — нет ни воли, ни духа, чтобы хотя бы привести себя самого в форму.
Мерзко было смотреть на то, как он всю жизнь пытался преподносить себя одним из объектов своих постоянных восхищений — эдаким неодворянином, белогвардейцем, купцом, буржуем, реинкарнацией Розанова, лондонским денди, американским man who made America, при этом ни имея ни духа, ни стойкости, ни воли, ни ума, ни таланта всех вышеперечисленных.
Мерзостью становилась в его речах вся история России — истеричной, пафосной, булкохрустно-офранцуженной, пролетарско-дворянской — такой, какой был и сам автор.
Смерть бывает разной. Бывает, что она облагораживает человека — плохое забывается, а хорошее предстает в новом свете.
В данном случае смерть ровно такая же, какой была и жизнь. Выброситься нагим в алкогольном истерическом дурмане из-за ссоры с женщиной — какой омерзительный конец!
https://t.me/readovkanews/24395
-
2021-12-26 14:49:18+00:00
Да, я бы сказал, что я разочаровался в человеке постсоветском больше, чем в советском. Потому что в советском человеке была некая надежда — что он сможет рано или поздно преодолеть в себе вот это "советское, слишком советское", что это кончится вместе со строем. Сейчас понятно, что в ХХ веке произошли такие мутации, сопровождающиеся массовым террором, что, собственно, генетическая жертва этой страшной селекции — постсоветский человек — не только не хочет выдавливать из себя этот советский гной, а напротив, осознает его как новую кровь. Но с такой кровью он становится зомби. Он не способен создать вокруг себя нормальный социум. Он создает театр абсурда.
<...>
Уж чем-чем, а языком ненависти наша страна была всегда богата. Достаточно было проехаться в советском автобусе в час пик. Богатый материал! Здесь, собственно, не нужно особенной пристальности, у меня чуткое ухо. Но эта нынешняя, новоимперская, так сказать, официальная ненависть...в этом языке, при всей его ярости и вульгарности, есть нечто истеричное, некая слабость. То есть чувство такое, что люди понимают, что надо это сейчас проорать, потому что завтра, может быть, уже и орать будет нечем. И некому! Чувствуется некая агония во всем этом. Потому что, если это сравнивать с риторикой старых тоталитарных режимов, там это говорилось с большой уверенностью в завтрашнем дне. Массовый террор помогал. Они понимали, что пока есть железный занавес, будущее принадлежит им. И это чувствовалось в каждой строчке "Правды". А вот сейчас, когда телеведущий говорит, что "мы можем превратить Америку в ядерный пепел", я ему не верю. Да и сам он себе не верит. Просто "исполняет", как шулера говорят. В общем, мы живем в кррррайне интересное время! Уже давно не Гоголь, а — Хармс...
В. Сорокин (интервью журналу "Огонек").
-
2021-12-20 20:10:37+00:00
Что мне в нем все-таки всегда интуитивно не нравилось – это довольно ограниченный интеллект вкупе с желанием «быть своим парнем для всех», но в особенности для тех, кто сейчас находится на пике «политической моды», что в итоге привело не к успеху, а к обычному флюгерству и политическому попрошайничеству.
Уже рассылая поздравления перед Рождеством и Новым годом, наткнулся на сей его недавний пост, и душа моя не выдержала. Решил интеллектуально помочь вождю оппозиции – быть может, своими скромными советами хоть как-то спасу свой родной язык от уничтожения подобными грамотеями?
Таксисту я уже точно ничем помочь не могу.
-
2021-12-20 20:02:08+00:00
Как тюрьма помогает понять феминисток.
Вызывает меня начальство нашего лагеря. И говорит:
- Ваше, осужденный Навальный, исправление невозможно без привлечения к трудовой деятельности. Вы у нас девять месяцев сидите, пора уже и поработать.
С учетом освобождений вакансии имелись следующие: дневальный, повар, пекарь, подсобный рабочий, ну и швейная промзона.
Не буду вас утомлять обсуждением тонкостей тюремных профессий. Не знаете и отлично - ни к чему оно вам. Скажу только, что мне нравится картинка, где я пекарь, - стою, такой румяный детина в белом колпаке, уперев руки в бока, смотрю, как в печи поспевают ХЛЕБА, и чему-то задумчиво улыбаюсь.
Однако все-таки решил я быть подальше от должностей номенклатурных и записался в швейный цех. Поближе к “людской массе”.
- Значит, швея, - сказало начальство.
Вот, думаю, что за люди такие? Обязательно надо сказать “швея” в женском роде, чтоб поддеть. Слова “швей” вроде бы нет, но название этой профессии в мужском роде точно должно быть.
А потом смотрю в заявлении на обучение: “швея”. И на всех стендах “швея”. И во всех документах.
Так и называется эта профессия - “швея”. Другого названия нет. А “оператор швейного цеха” (о чем вы наверняка подумали) - это другая профессия.
И сказал я сам себе: “А не ты ли, Алексей, здесь же в инстаграме посмеивался над феминистками, которые не хотят быть “блогером” и “автором” в мужском роде. А хотят «блогерками» и «авторками»”.
Шутил на эту тему? Говорил: “Да какая разница, что за дурацкое «авторка»”?
Ну а теперь жизнь пошутила над тобой. Какая тебе разница, швея ты или швей?
Так что я и раньше-то был не против феминитивов (то есть слов вроде “авторка” и “редакторка”), но считал это неважной ерундой и хорошим поводом для троллинга, а сейчас так вообще горячо поддерживаю право каждого называться так, как он хочет. В конце концов, язык для этого и существует, и он должен развиваться в соответствие с запросами общества.
Общество, делаю вам запрос на мужской род профессии “швея” 😉
Швейк? Швендр? Швелендр? Швелуэпсер?
https://www.instagram.com/p/CXLRSx8oPt6/
-
2021-12-15 16:20:04+00:00
Демократические реформы пришли оттуда, откуда не ждали!
Воры объявили, что изнасилованные и униженные по беспределу арестанты не лишаются статуса «порядочных» в тюремной иерархии.
В целом давно пора — именно господствующие в тюрьме понятия, при которых подвергшийся сексуальному населению переходит автоматически в касту неприкасаемых, дали повод фсиновцам для ломки заключенных двигаться в сторону наиболее отвратительных содомитских пыток.
Ужасающая реальность, когда воровские прогоны публикуются в популярных СМИ, и активно обсуждаются людьми далекими от криминального мира.
От тюрьмы не зарекаются.
-
2021-12-12 16:28:08+00:00
На примере этого коллажа можно примерно и установить хронологические рамки начала «дивного нового мира».
-
2021-12-12 09:44:32+00:00
Заметил на просторах интернета довольно интересный вопрос, давно беспокоящий и меня самого, – почему если посмотреть на портреты и фотографии правителей стран “досегодняшней” эпохи, то все они, в отличие от современных политиков, серьезны, безэмоциональны, а временами даже и хмуры. Представить сегодняшнего успешного политика (да и любого публичного человека) в западном мире, в особенности в США и Великобритании, без голливудской улыбки в 32 зуба практически невозможно – его шансы на избрание и на достижение верхов карьеры равны нулю.
Политики современного образца своими улыбками, постоянно не сходящими с их лиц, выражают образ главных мечты и успеха (American dream!) дня сегодняшнего – счастье. Человек счастлив и потому он улыбается. Но вдумайтесь в эту постоянную улыбку. Попытайтесь так улыбаться все время, и вы поймете, что нормально развитый человек с устойчивой психикой на такое не способен – постоянно улыбаться могут лишь умственно-отсталые люди с психическими заболеваниями. Да и улыбаться все время взрослому человеку, тем более статусному лидеру, в своей сущности как-то не подобающе. Умножая знания – умножаешь страдания, а все-таки с возрастом и опытом знания должны увеличиваться, что не способствует увеличению наивного оптимизма.
Современный лидер и политик западного авангарда – это тот, кто познал счастье и должен принести это счастье всему остальному населению вверенной ему страны. Но ведь счастье это понятие крайне туманное. Всеобщее и непроходящее счастье, успех для всех и каждого, с улыбкой и «без напряга» возможны лишь там, где господствуют лишь приземленность, незнание, глупость. Где нет борьбы, нет стремления к высшему, преодоления себя, где отсутствуют такие страшные вещи как «дискомфорт» и «стресс», а на каждого человека найдется свой личный психолог, который всегда успокоит и найдет причину «травмы» – в «токсичной лексике», «буллинге», «абьюзе», «детском насилии», «сексуальной объективации» и прочей попсовой чепухе. Успех в современном мире возможен лишь в полном отрешении от сильной личности, в потакании существующим идеологическо-этическим системам, которые публичный человек и должен выражать – будь он лидером нации в плоскости политической, как президент страны, или общественной (президент глобалистской корпорации). Счастье для всех даром, и пускай никто не уйдет обиженным! Пускай не уйдет обиженным последний человек «новой этики» – ведь обижать никого нельзя, можно только радоваться и умиляться. Ни один кривой, косой, горбатый, самый последний глупец не должен остаться за обочиной жизни и уйти обиженным, абьзированным, травмированным, он обязан, должен стать счастливым и установить свое господство. А если ты к подобным не относишься, то лишь постой рядом и восхваляй их, не обижай, помогай им занять пьедестал. С улыбкой принимай правила игры, ведь разве можно быть против всеобщего счастья? Ведь кто выступает против счастья и его атрибутов в виде «добра», «мира» и «любви»? Отморозки, неофашисты, мракобесы, экстремисты, практически враги рода человеческого.
Сделать всех счастливыми, построить мир без горя и обид – такую утопию первыми взялись осуществить большевики в 1917 году, но очень уж фальшиво это у них получалось с первых же дней. Дети своей эпохи, какие бы они не читали книги, метод они знали лишь один – метод силы. Но ведь задача для достижения цели всеобщего счастья была та же, что и сейчас: «культура отмены» - отменить все и всех, кто мешает созданию идеального «нового советского человека», которому предстоит родиться под чутким руководством партии. Сегодня это делается по-другому, менее кроваво, намного мягче. С большей улыбкой, что ли.
Левацкий утопический плебейский миф хочет невозможного – вечного счастья, дабы улыбка никогда не сходила с лица человека. Невозможное становится возможным на наших глазах, но только для этого необходимо сделать всех вокруг чем-то средним между куклами, роботами и олигофренами.
«Счастье найдено нами, – говорят последние люди и моргают».
-
2021-12-10 18:42:41+00:00
Сама доброта и великодушие
-
2021-12-03 18:55:17+00:00
Что такое Леонтьев?
Фигура и гений в уровень с Ницше. Только Ницше был профессор, сочинявший "возмутительные теории" в мозгу своем, а сам мирно сидевший в мирном немецком городке и лечившийся от постоянных недугов. Немцы у себя под черепом производят всякие революции: но через порог дома никак не могут и не решаются переступить. Полиция, зная, что "немецкая синица" моря не зажжет, остается спокойною при зрелище их идейного бунта. Чем больше профессора бунтуют у себя под черепом, - тем, полиция знает, страна останется спокойнее.
Леонтьев, идейное родство которого с Ницше гораздо ближе, чем далекое и даже проблематическое родство с ним Достоевского, - был не профессор, а глубоко практическая, и притом страстно-практическая, личность... Медик, гувернер, журналист и романист, дипломат, монах и, наконец, отшельник Оптиной пустыни, - он был, как сабля наголо: он не только "переступил бы порог" своего дома, но сейчас бы и бросился в битву, закипи она на улицах. С кем в битву? С теми же кумирами, которые разбил и Ницше. За какие идеалы? За те же, каким поклонялся Ницше.
Идеал Леонтьева - эстетическая красота. Но не в книгах (Ницше), -- а в самой жизни.
Леонтьев поклонился силе и красоте жизни, выразительности и мощи исторических линий, как новому "богу"... Ради него он от всего отвернулся. Сам ради этого нового "бога" он измял свою литературную деятельность и изломал свою биографию. Никто при жизни его не понимал, а по смерти его почтили... только "друзья". Но о них потом.
Ради этого нового "бога" красоты он разорвал с современною ему "утилитарно-эгалитарною" действительностью, с этой "пиджачной" цивилизацией, с этою культурою "черных фраков и туго накрахмаленных воротничков". Он из нее бежал... в монастырь. Он бежал бы в Афины, в общество Алкивиада, Аспазии и Перикла, но как это умерло и (по его мнению) было невоскресимо, то бежал в последнее убежище эстетики наших дней - в черный монастырь с его упорным отрицанием жизни. "Мантии монахов все-таки эстетичнее вицмундира чиновника и клетчатого пиджака берлинского или питерского буржуя".
Отрицание Леонтьева было практично, Ницше - только теоретично. Леонтьев перевел в жизнь свое отрицание, свою борьбу против текущей истории. Он, в самом деле, вышел из действительности: вот смысл его ухождения в монастырь. Ницше остался просто "германским литератором", преуспевшим по смерти до "европейского литератора"... Он очень хорошо уместился в рамках этой цивилизации, нисколько с нею не разойдясь. Отсюда и признание его, такое шумное и скорое после смерти, во всей Европе. Европа признала в Ницше "своего человека", хорошего буржуа и доброго лютеранина. Ведь "лютеране" иначе называются "протестантами", "протестующими". Ницше, как Байрон, как Руссо, как в молодости Пушкин, как всю жизнь Лермонтов, пел "демона" и протестовал против Бога и человечества; но обыватели с берегов Темзы, Шпрее и Невы добродушно хлопали по плечу Байрона, Гете, Пушкина, Лермонтова и Ницше, зная, что "свой своему глаза не выклюнет"... - "Ну, вот; и мы все в Бога не веруем и над христианством посмеиваемся в кулак, - говорили обыватели, пропуская "маленькую" за галстух, - у нас и Штраус, и Ренан, а теперь и вы, Фридрих Ницше, украшаете словесность".
Леонтьев натурою разошелся со всем и всеми... И ушел в монастырь. Это гораздо страшнее, гораздо показательнее. Здесь невозможно приводить доказательства из его книг, статей, писем, посмертных заметок. Но это был Ницше не в литературе, а Ницше в действии. То, что он остался отвергнутым и непризнанным, даже почти не прочитанным (публикою), и свидетельствует о страшной новизне Леонтьева. Он был "не по зубам" нашему обществу, которое "охает" и "ухает" то около морали Толстого, то около героев Горького и Л. Андреева
В.В.Розанов